Рассказ

Рассказывает Елена из Тольятти,
Индия, Бриндаван, январь 2002 года

Мое детство прошло в Средней Азии. Я мечтала стать космонавтом, и потупила в Самарский авиационный институт. Занималась альпинизмом и парашютизмом. После института мы с мужем распределились в Тольятти. Присутствие Бога я ощутила после рождения второго ребенка. И сразу же встретилась с людьми, которые изучали индийскую философию, Веды, Аюрведу. Так 10 лет назад я перешла на вегетарианство.

В итоге я стала христианкой и активно работала в рериховской группе. Все время я мечтала об Индии и осознавала нереальность поездки. Даже если бы мне подарили деньги, я не смогла бы потратить их на себя, а купила бы что-нибудь детям. И Саи Баба денег мне и не дал, но мне попалась книга автостопщика Петра Кротова “Как попасть в Индию”. За месяц, перед выходом из декретного отпуска по уходу за третьим ребенком, я понимаю, что если не сейчас, то никогда. Меня вела мощная сила, а в голове постоянно крутилось: “Я еду в Индию, я еду в Индию…”

Батюшка в Тольятти не дал мне благословение на поездку в Индию. В Москве, в Новодевичьем монастыре меня направили на причастие к алтарю. Прозорливый старец сам назвал мое имя и благословил: ”Ступай с Богом”. Я зажгла свечу на могиле Юрия Рериха, и попросила благословения зажечь эту свечу в Гималаях, в Нагаре на могиле Николая Рериха, затем в Клинпонге на месте кремации Елены Рерих и в Бангалоре на могиле Святослава Рериха.

Со мной собралась еще одна девочка, тоже Лена, которая хотела попасть к Саи Бабе. Мы договорились вместе добраться до Бангалора. К Саи Бабе я относилась как к очередному святому, которых много в Индии, но ехать к нему не собиралась. Очень любила наших русских святых – Сергия Радонежского, Серафима Саровского и много ездила по святым местам. Муж был против моей поездки и денег на дорогу не дал. Но когда человек устремлен к Богу, не существует никаких препятствий. В день отъезда я заняла 200 долларов у малознакомой соседки. На поезде Самара-Ташкент мы проехали вдвоем на одной полке за треть цены билета. Обойдя посольства Афганистана, Ирана, Китая мы попали в посольство Пакистана и за 12 долларов оформили визу. Заплатив за билеты на самолет у меня осталось 20 долларов. В Лахоре мы приземлились вечером, ничего не понимаем, нас не понимают. Вокруг нас собралось толпа бородатых мужчин. Вдруг слышу русскую речь и мы встречаем команду спортсменов из Казахстана. Они берут нас с собой в Исламабад, где организатор соревнований принял нас как своих гостей. Там мы посетили пакистанскую свадьбу, очень красочную и самобытную. Затем нас отправили обратно в Лахор. На границе с Индией нас держали два часа, и перешли мы ее с канадцем Майклом. Потом в российском посольстве выяснилось, что граница между Индией и Пакистаном закрыта, и открывают ее очень редко, на несколько часов по особой договоренности. В Индии мы ощутили себя в полной безопасности. Нам все старались помочь, но бесплатно ездить на автобусе там не принято. Индусский офицер собрал нам деньги на билеты до долины Кулу в Гималаях. До усадьбы Рерихов, 25 километров мы прошли пешком. Потом мы встретили русскую группу на джипах, но попросить денег на дорогу постеснялись. Ехали в битком набитом вагоне без билетов. Нам, как белым леди, уступили вторую полку. Всю дорогу нас рассматривали как инопланетянок, что едим, как сидим. В Варанаси нас приютил художник, прекрасный человек Александр Качаров. Он дал рекомендательные письма, и нас селили в буддийских монастырях. В день рождения Елены Рерих я поставила привезенную свечу на месте ее кремации. Переночевав в Калькутте на вокзале, мы добирались до Мадраса, а в поезде Мадрас-Бангалор попадаем в женский вагон. В этом специальном вагоне едут женщины, которых не сопровождают мужчины. Туда не заходят кондукторы, и я впервые распрямляю спину и сплю, а не молюсь о помощи.

Моя Лена плохо себя чувствует, и мне приходится ее сопровождать. В Бангалоре нас “по ошибке” вместо Путтапарти отвозят в ашрам Саи Бабы из Ширди. У меня вместе с документами был календарь с фотографией лингама. Он оказался покрыт белым порошком, я его стряхнула. Достаю документы еще раз, фотография опять в порошке. Только потом я поняла, что это пепел-вибхути.

Когда приехали в ашрам Прашанти-Нилайам, то там не оказалось знакомых из Тольятти, так как они уже уехали. Все это были игры Саи Бабы. Тогда я думаю: “Кто же ты такой, Саи Баба? К тебе все обращаются. Ну, помоги ты нам здесь устроиться, раз уж мы пришли к тебе!” И тут идет навстречу женщина, по одежде которой мы поняли, что она – русская.

Действительно, она была из России. Мы заняли у нее денег и заплатили за места в шеде. Больше никого из русских мы не нашли, и я решила отсыпаться. Дело в том, что путь сюда был очень нелегкий, денег-то на билеты у нас не было, и когда мы ехали в поезде без билетов, я все ночи молилась, чтобы нам помогли. И, правда, все помогали. А теперь захотелось отоспаться.

На следующее утро очень рано я встала и пошла в мандир. Там было пение Омкар. Я села в ряд, и вдруг меня кто-то трогает за плечо. Женщина спрашивает: “Вы из России?” Я обрадовалась русской речи, ведь целых два дня не могла найти русских. “Да, из России”, - отвечаю. “Вам нужны деньги?” Я - человек гордый, говорю: “Нет”. Она мне: “Вы меня извините, пожалуйста, поймите меня правильно. Ко мне сегодня ночью во сне пришел Саи Баба и сказал, чтобы я пошла на Омкар и помогла русской женщине, которая будет сидеть впереди меня, оплатить за проживание”. Я была в шоке, но ответила: “Ну, если так, то, пожалуйста, только я не одна, а с подругой”. Эта женщина оплачивает нам неделю проживания в шеде.

Всю эту неделю я жила как бы одним днем. Абсолютно не имея денег, я не была голодной: то один даст талон на обед, то куда-то другой пригласит.

Было еще одно чудо. У нас не было одежды индийской, в которой положено ходить в мандир. Мне приснилось, что я сижу в золотом дворце и говорю: “Боже, как мне хочется одеться в розовый цвет”. На работу-то я обычно ношу одежду серых, синих цветов. А тут вдруг захотелось розовый цвет.

И говорю: “Саи Баба, если ты такой всемогущий, то подари мне розовую одежду, если я того заслуживаю!” Розовый цвет – это цвет Любви, а главная моя молитва была, чтобы открылось мое сердце. Когда я проснулась утром, то увидела у своего изголовья розовую одежду. Я ее отодвинула, так как решила, что это кто-то снял и просто положил рядом со мной, а я боялась помять чужую одежду. А тут мне Лена говорит: “Это тебе принесли розовое пенджаби!”

Я схватила это пенджаби, уткнулась в него лицом и стала рыдать: “Саи Баба, да кто же ты такой?” Одела я это розовое чудо, стала прыгать, как маленькая девочка, и спрашивать: “Ну, как, мне хорошо?” Совсем забыла, что мне 33 года. Пошла в этом пенджаби в мандир.

Заиграла музыка, и появился Саи Баба. Мне показалось, что меня разорвет на части, столько энергии любви он излучал. Я впервые ощутила физически, что такое Любовь. Никогда и нигде в этой жизни ничего подобного не испытывала. Те чувства невозможно передать, их можно только испытать. Я разрыдалась: “Ну, кто же ты есть, Саи Баба?” Я поняла, что к отцу родному приехала, и была счастлива.

Сначала я критически относилась к паломникам, которые лобызали пол, по которому ходил Саи Баба. Я думала: “Мне не обязательно так к тебе стремиться, достаточно того, что я вижу тебя, слышу, живу тобой”. И тут у меня начались испытания. Когда мы с Леной устремлялись в мандир, где поют бхаджаны вместе с Саи Бабой, то случалось так, что ее пропускали, а меня - нет. И так – каждый раз. Я стала чувствовать, что начинаю сходить с ума. А до этого я просила Саи Бабу, чтобы он усмирил мое эго.

И вот когда меня не стали пускать в мандир на бхаджаны, то чего я только ни делала: валялась, сгибалась, по мне ходили. Главное было – только видеть Саи Бабу. Мне было все равно, что у меня дома остались дети, - я даже о них не помнила, я забыла, что у меня заканчивается виза. А мне говорят, что я должна остаться на праздник Маха-Шиваратри.

Я стала думать, как же мне продлить визу. И вот во время даршана вдруг ни с того ни с сего падаю в обморок. Меня отвозят в больницу. Второй раз опять падаю в обморок, и меня опять отвозят в больницу. Но самое удивительное было, что когда я приходила в себя, то чувствовала себя совершенно здоровой. Было даже стыдно, что люди таскают меня на носилках. А потом в ашрам вдруг приезжает офицер из министерства продлевать визы, что бывает крайне редко. Благодаря справкам из больницы, что я падала в обморок и у меня слабое состояние здоровья, офицер продлевает мне визу на 2 недели. Таким образом, я осталась на Маха-Шиваратри.

Маха-Шиваратри – это нечто потрясающее. Мы попали в первые ряды, там я получила опыт выхода из тела. Я видела рождение лингама, которое сопровождалось потоками энергии и вспышками света. Тогда я родилась как бы заново. Саи Баба говорит: “Я дарю вам – вас, не себя дарю, а вас самим себе, чтобы вы поняли, что вы есть Боги”. Я осознала окончательно, что я – дочь, которая долго искала своего отца, в свое время наделившего меня огромной любовью. А я за века, столетия растеряла эту любовь, но теперь как бы, наконец, очнулась, проснулась и пришла к отцу родному – Саи Бабе.

Все изменилось внутри меня. Сердце стало открытым, я любила всех и вся, соответственно, и люди ко мне тянулись. Я ничего не боялась, могла к любому человеку подойти, обнять. Для меня не существовало различия между мужчинами и женщинами. Просто – родство душ, единение.

После возвращения домой начались трудности. На работе меня стали считать ненормальной, так как я говорила всем, что есть Бог на Земле, Бог воплотился. Меня спасало то, что я как бы вся светилась Любовью.

Я - христианка, но после поездки стала более верующей, более осмысленно молилась. И в семье произошли положительные перемены. Мы с мужем обвенчались, влюбились друг в друга заново. Произошло второе рождение семьи. Муж, который не признавал раньше Саи Бабу, повесил дома его портрет и дал мне денег на вторую поездку в Индию.

Сейчас здесь стараюсь тоже помогать людям: одной заплачу за проживание, другой. Это делаю в знак благодарности за то, что мне помогли в первый мой приезд.

Когда устремляешься к Богу, нет никаких преград. Только устремись, только мысль пошли - и Он сделает все, чтобы ты приехала.

Записала Людмила ФАНТАЛОВА, Индия, Бриндаван.
январь 2002 года.